Новости


Архив новостей


Распечатать страницу

Самый чистый город

Самый чистый город

Всё-таки чистота – это не размахивать метлой и скрести грязь у подъезда совковой лопатой.

Это что-то совсем-совсем другое, не совковое и не контейнерное, и находится это где-то совсем в другом месте.
Еду мимо Макдоналдса, вижу, как из дверей выходит юная барышня, разворачивает мороженое и – я увидел её лицо, взгляд, – в нём не было желания кому-то напакостить, за что-то отомстить миру, а была ничего не выражающая естественность, каждодневная и беззлобная – бросает обёртку на землю, шагах в пяти от урны. Всё дело в этой естественности, в ней и ни в чём больше. Почти ни в чём...
У нас есть маленькая «дача». Точнее – участок земли в деревне с домом-развалюхой. На берегу крохотной речки. Дом – огород – речка. Между огородом и руслом – метров пять-семь берега. Когда мы купили этот участок, я решил почистить эти пять или семь метров. Собрал одиннадцать мешков стекла и пластика. Одиннадцать! Вскрывая слой за слоем, пластик – стекло – снова стекло и снова пластик. Бутылки откапываются и по сей день, выползают на поверхность, как доисторические ракушки. Сейчас, к счастью, всё реже и реже, но ведь перед этим было одиннадцать мешков! А самое главное, перестань я раз или два в месяц собирать на этих прибрежных метрах вновь появляющиеся бутылки и флаконы, уже через пару лет можно будет вновь готовить одиннадцать пустых мешков. Минимум – одиннадцать. И, кстати, о естественности. Увидев меня ползающим с мешками по берегу, сосед всё никак не мог понять, зачем я это делаю. «Это же у тебя за огородом, ты чего?». Я – чего, а он – ничего.
Впрочем, скажу честно: и я тоже был когда-то «ничего». Естественным и безобразным. И был бы, может быть, и до сих пор, если бы не «экологическое воспитание». А воспитал меня один-единственный ролик, увиденный в конце 80-х по телевизору. Может быть, во «Взгляде», может – где-то ещё. Рок-музыканты, и среди них Джоанна Стингрей, шли по ленинградско-питерской улице и, увидев молодого человека, бросившего на тротуар пачку от сигарет, поднимали ее и ласково (но от этого – не менее убедительно) говорили, обращаясь и к нему, и к зрителям: «Земля – наш дом, не надо мусорить». Когда я смотрел этот ролик, я был на пороге любви к року. Я смутно чувствовал, что вот за этими людьми в булавках и феничках – какая-то правда и, возможно, будущее. И я поверил им, поверил в то, что «Земля наш дом» и так далее. Вот так телевидение выполнило свою воспитательную функцию, во всяком случае, в отношении меня – выполнило...
Один мой знакомый рассказал мне, как эту же функцию блестяще выполнил его отец – между делом и ничего не говоря. Оказывается, можно и так тоже. Они сидели с отцом на скамейке, где-то на набережной, курили и разговаривали. Докурив, знакомый бросил рядом окурок и продолжил отстаивать свою точку зрения. А отец, не прерывая разговора, встал со своего места, наклонился, поднял брошенный окурок, потушил его и положил в урну. Всё. При этом ничего не сказав и ни в чём не упрекнув. «Больше того, - заметил, рассказывая это мне, мой знакомый, – я думаю, что он даже и не заметил того, что он сделал, потому что для него это было естественно…». Вот, значит, как. Значит, есть и другая естественность, совсем другая. Кстати, рассказывал мне это мой знакомый лет через сорок после того разговора с отцом и брошенного одним и поднятого другим окурка. Сына звали Василий Александрович Соболев, окончив театральный вуз, он работал актёром русского театра в Днепропетровске. А отца – Александр Васильевич Соболев. Впервые привлечённый по политическому делу ещё студентом, он так толком никем и не стал, но пламенно любил город, в котором жил и который снился ему по ночам, самый прекрасный город на земле и на Волге – Самару. Любил его и живший в Днепропетровске младший Соболев, Соболев-сын, и, сидя потом на скамейках на берегу Днепра, всегда помнил тот, волжский, окурок, брошенный им и поднятый отцом.
Это – о воспитании, об экологическом воспитании. Вот и я пытаюсь, как могу, воспитывать сына, в том числе – и экологически. Идём через двор и видим: возле мусорных контейнеров устанавливают ёмкость для сбора пластиковой тары. Металлический ящик, решётчатые стенки, отверстие для просовывания бутылок вовнутрь. За границей мы видели – рядом стоят по семь-восемь контейнеров: пищевые отходы, пластик, стекло, бумага... Сортировка на входе – ради того, чтобы сделать более удобной переработку или утилизацию. Вот и у нас! Ну, слава Богу, дожили! Чем мы хуже их – греков, турков, немцев?! Недели две мы сортировали, неукоснительно поддерживая городскую программу, на которую, я полагаю, были выделены деньги, и, может быть, – немаленькие. Я рассказывал сыну о полезности, говорил про ответственность и про то, что «всё зависит от нас».
А потом я увидел такую картину. Подъехавший к контейнерам мусоровоз сначала выгрузил в кузов их содержимое, а потом два обслуживающих его рабочих, то и дело вспоминая чью-то мать, начали доставать из ящика для пластика этот самый пластик и ссыпать его… в тот же кузов. Сын был рядом со мной и тоже всё видел. На минуту наши взгляды встретились… Такое вот «экологическое воспитание».
И последнее. Недавно мы были на стадионе, смотрели футбол. В перерыве между таймами решили съесть по персику. Съев свой, я протянул сыну ладонь, на которой лежал боб. Мол, давай и твой тоже, я заверну их в салфетку и уберу в рюкзак. Сколько я держал так ладонь? Может две, может три секунды. Вдруг откуда-то сзади появилась рука, держащая пакет с ореховой шелухой. Честно говоря, я не сразу понял, в чём дело и что надо этой руке. А когда понял, ещё раз убедился в том, что чистота – это не размахивать метлой. Это что-то совсем другое и находится в каком-то другом месте. «Рor favor! Рlease!». В первое мгновение я думал, что начну заикаться: «Что?! Мой мусор – Вам?!». «Sí! Рor favor!». Это было, друзья мои, честное слово! Не верите – можете спросить у моего сына, он тоже был при этом и видел всё собственными глазами. В Барселоне, на стадионе «Камп Ноу», в августе 2017 года.
Кажется, этот пакет, протянутый нам добродушным испанцем, для которого было чем-то естественным придти на помощь двум незнакомым людям, не захватившим с собой на стадион пакет для мусора, произвёл на нас впечатление, не меньшее чем игра «Барсы» с Лионелем Месси в главной роли.
А вы говорите: «Экологическое воспитание! Год экологии! Муниципальная программа «Чистый город»! Не надо года и программы не надо тоже – надо только одного этого испанца, одного-единственного, который протягивал бы из-за спины на новом замечательном стадионе пакет для ваших бобов. И тогда жизнь в этом городе наконец-то перестанет быть вечной борьбой и вечным скрежетанием совковыми лопатами у грязных подъездов.

Опубликовано: 16 Сентября 2017 // 08:09

Автор: Михаил Перепелкин

Возврат к списку

Фотогалерея

Рок не ради денег-2018

Рок не ради денег-2018

Фестиваль цветов в Самаре

Фестиваль цветов в Самаре

Мундиаль в Самаре: как это было

Мундиаль в Самаре: как это было

Россия-Испания

Россия-Испания

Карнавал на улице Куйбышева и фанзона на матче Франция-Аргентина

Карнавал на улице Куйбышева и фанзона на матче Франция-Аргентина

Сенегал-Колумбия

Сенегал-Колумбия

Колумбийцы и сенегальцы в Самаре

Колумбийцы и сенегальцы в Самаре



Авторская колонка

Правовая коллаборация или семеро на одного!
Правовая коллаборация или семеро на одного!

Одним из символов современного сотрудничества организаций, партий, профессионального объединения людей, связанных общей идеей созидания, творчества, являются корпорации. Слово заимствованное, чуждое тонко-настроенному российскому уху, с буржуазным...

Сызранско-тольяттинская афигенизация
Сызранско-тольяттинская афигенизация

Возьмём Сызрань. Здесь на выборах в местный парламент столкнулись интересы двух олигархических кланов: Симоновых и Серперов. Бенефициар ГК «Криста» Владимир Симонов -  проиграл аппаратную войну молодому, но куда более искушённому в подковёр...

Опрос

  1. Вы делаете заготовки на зиму?

Смотреть все