MedAdviser

Помню — не помню

Помню — не помню
Фото: pixabay.com

Свидетель обвинения по делу экс-руководителей СГ «Компаньон» продемонстрировал удивительную избирательность памяти. Кирилл Мальцев вспомнил некоторые детали якобы имевшей место встречи с Борисом Сёминым, однако почти ничего не смог рассказать про принадлежавшую ему когда-то компанию. Сторона защиты уверена, что свидетель даёт ложные показания.

В Красноглинском райсуде Самары продолжаются слушания уголовного дела бывших топ-менеджеров СГ «Компаньон». Экс-гендиректор скандальной страховой компании Александр Зобнин утверждает, что его бывший деловой партнер Борис Сёмин похитил имущество ООО «Проектный офис», в котором мужчины были равноправными бенефициарами. В итоге Сёмин оказался на скамье подсудимых, а Зобнин числится по делу потерпевшим. Уголовный процесс находится на стадии предъявления доказательств со стороны обвинения, идут допросы свидетелей.

Последним допрошенным в рамках уголовного дела является москвич Кирилл Мальцев. Мужчина, по его утверждениям, работал в «Проектном офисе» аналитиком. Его показания против Бориса Сёмина являются одним из доказательств обвинения — в мае 2017 года мужчины якобы встретились в холле самарской гостиницы «Холидей Инн», где Сёмин предложил Мальцеву поспособствовать переводу имущества ООО «Проектный офис» под контроль своей компании.

При этом Мальцев вполне уверенно заявляет о том, что встреча состоялась, и даже умудряется припомнить некоторые детали происходившего в тот день. Однако, на многие вопросы аналитик «Проектного офиса» ответить либо затрудняется, либо рассказывает истории, в правдоподобности которых возникают некоторые сомнения.

Так, например, Мальцев утверждает, что встреча с Сёминым в холле гостиницы «Холидей Инн» произошла в первой половине дня. Согласно его показаниям, после утреннего разговора с экс-директором «Проектного офиса» Ириной Хвостовой, аналитик отправился в офис компании на пересечение улиц Советской Армии и Гагарина, затем побывал на встрече с Борисом Сёминым и вернулся обратно в офис. Однако, имеющаяся в деле детализация телефонных переговоров Мальцева за тот день с его показаниями не совпадает. Телефонный аппарат аналитика с утра «привязывался» к базовым станциям в районе ул. Ново-Садовой, 3 и ул. Соколова, 34. А затем переместился в район офиса, где и находился вплоть до второй половины дня. Около гостиницы «Холидей Инн», которая находится в старой части города на ул. Алексея Толстого между Ленинградской и Некрасовской, телефон Кирилла Мальцева не регистрировался. Разумеется, для незнакомого с самарской географией человека эти факты особо показательными не являются, но для автохтонов всё более, чем очевидно: расстояние по прямой между «Холидей Инн» и «Проектным офисом» составляет более 8,5 километров, эти локации находятся в разных концах города.

Впрочем, на требование стороны защиты объяснить эту нестыковку между свидетельскими показаниями и подшитой к материалам дела детализацией телефонных переговоров Мальцев рассказал историю о некоем «корпоративном» телефоне, который у него якобы имелся в распоряжении. И якобы именно с этим аппаратом он ездил на встречу с Борисом Сёминым. А свой личный телефон он... забыл в офисе.

Защита в ответ поинтересовалась, кто же тогда пользовался этим самым «забытым в офисе» аппаратом — телефонные соединения и интернет-сессии регулярно устанавливались в первой половине дня. Однако Кирилл Мальцев ответил, что это, судя по всему, был кто-то из сотрудников «Проектного офиса».

Конечно же, такая история вполне могла произойти в реальности. По крайней мере, Кирилл Мальцев настаивает на её достоверности — ведь он допрашивается в суде, будучи предупреждённым об уголовной ответственности за ложные показания. Однако человек, хорошо знакомый с современной мобильной техникой и сложившимися в обществе устоями, скорее всего в рассказе Мальцева усомнится. Во-первых, все более-менее современные телефонные аппараты обычно «запаролены» владельцем. Особенно, если на них установлены банк-клиенты, позволяющие управляться с личными счетами. Для ограничения доступа используются пин-коды, графические пароли, сканеры отпечатков пальцев и физиономии. Мобильный телефон сегодня - вещь довольно-таки интимная, и немногие решатся доверить доступ к аппарату кому-либо, за исключением самых близких. Очень сомнительно, чтобы такая степень доверия была к коллегам. Тем более, из другого города.

Также сомнительно, чтобы кто-то из ответивших на звонок коллег вёл по чужому телефону длительные разговоры. Просто ответить на звонок, конечно, могут. Сказав, например, что владелец телефона уехал, забыв аппарат в офисе. Но это дело нескольких секунд, не более. У Мальцева же, согласно детализации, переговоры в тот период времени длились значительно дольше. Кроме того, были и исходящие вызовы, выполнить которые без разблокирования аппарата невозможно.

Также очень интересная ситуация сложилась и с «корпоративным» телефоном Мальцева. Аналитик «Проектного офиса» настаивает, что он был. Однако больше никакой информации о нём сообщить не может — запамятовал. Кирилл Мальцев не помнит ни абонентский номер, ни модель, ни марку аппарата. Также свидетель обвинения затруднился ответить на вопрос, был ли это смартфон, старый «кнопочный» телефон или просто сим-карта. Кроме того, память подвела Кирилла Мальцева аккурат в тот момент, когда адвокаты подсудимых попытались выяснить, откуда этот аппарат взялся и куда в итоге делся. Свидетель лишь сообщил, что получил аппарат в отделе кадров и вернул его после увольнения туда же. Ни имя, ни даже пол сотрудника, вручавшего и потом забравшего у него «корпоративный телефон» Мальцев вспомнить не смог...

Схожие проблемы с памятью обнаружились у Кирилла Мальцева в при ответах на вопросы об ООО «Партнер». Компании, владельцем которой он, согласно данным сервиса Seldon.Basis, был с момента её создания 10 мая 2016 года и вплоть до 24 июля 2017 года. Практически на все вопросы, заданные стороной защиты относительно деятельности компании, местонахождении её офиса, количества сотрудников и прочей информации, которая должна была быть известна реальному директору и владельцу подобного бизнеса, Мальцев содержательно ответить не смог. По его словам, всё это происходило достаточно давно, и детали стёрлись из его памяти.

При этом, как было озвучено стороной защиты во время допроса свидетеля, ООО «Партнер» являлось контрагентом «Проектного офиса», получало за свои услуги 90-процентную комиссию и одалживало компании Зобнина и Сёмина деньги — в сумме более 30 млн рублей. И сейчас, кстати, является одной компаний, которые «Проектный офис» банкротят. Сторона защиты считает, что дело здесь нечисто и эта «искусственная» задолженность была создана с целью выведения средств из «Проектного офиса» в подконтрольную Александру Зобнину компанию.

Впрочем, формально Зобнин отношения к ООО «Партнер» не имеет. Его нет ни в списке учредителей, ни в списке руководителей компании. Однако, по данным сервиса Seldon.Basis, компанией владеет некий Павел Курицын, которого ранее допрошенные Красноглинским райсудом свидетели называли личным водителем Александра Зобнина. Также, по данным Seldon.Basis, Зобнина и Курицына связывает некое ООО «Правое дело», в котором первый является владельцем, а второй — генеральным директором.

Впрочем, вернёмся к Кириллу Мальцеву. Которого, кстати, ранее опрошенные свидетели так же, как и Курицына, называли «человеком Зобнина». В концовке допроса сторона защиты попросила изъять у аналитика личный телефон для изучения находящейся в нём информации и установления лиц, которые консультировали Мальцева перед допросом. Алексей Мезенцев, защитник Бориса Сёмина, считает, что этим мог заниматься представляющий интересы Александра Зобнина адвокат Геннадий Минин.

- На прошлом судебном заседании Мальцев вообще не понимал, что написано в детализации, - пояснил свои подозрения суду адвокат Алексей Мезенцев. - Он говорил, что не понимает, что это такое. Теперь же свидетель нам рассказывает, что это вот несколько базовых станций, которые могли быть слева-справа. Вот это вот здесь — GPRS. Скорее всего, интернет-соединения, которые не говорят о том, что он брал трубку и с кем-то общался. Всё это говорит о его подготовленности к допросу. Нужно установить, кто готовил Мальцева к судебному заседанию — для того, чтобы мы могли в дальнейшем оценить достоверность, допустимость его показаний и дать им соответствующую оценку. Либо выделить соответствующие материалы правоохранительным органам для проведения проверки следственным комитетом о воспрепятствовании правосудию и даче заведомо ложных показаний.

Алексея Мезенцева поддержал адвокат Михаил Пыряев, который не стал стесняться в выражениях:

 - Только глухой, наверное, не слышит, что свидетель наглым образом лжёт, - заявил Пыряев и попросил у председательствующей на процессе судьи Кристины Берац прощения за столь жёсткую формулировку, - Извините, ваша честь, можете объявить мне замечание.

 Впрочем, законных оснований для принудительного изъятия мобильного телефона Кирилла Мальцева у суда не нашлось. А добровольно предоставить аппарат для проверки аналитик «Проектного офиса» отказался. В итоге ходатайство защиты было отклонено, а допрос Кирилла Мальцева вскоре завершен. Процесс продолжится во вторник, 26 ноября. Будет допрошен следующий свидетель обвинения.

Напомним, в Красноглинском районном суде Самары рассматривается уголовное дело, в котором фигурируют сразу два бывших топ-менеджера страховой группы «Компаньон»: экс-гендиректор компании Александр Зобнин и его заместитель Борис Сёмин. Зобнин заявляет о том, что Сёмин похитил у компании «Проектный офис», в которой мужчины были бенефициарами, денежные средства, недвижимость и автомобили. При этом якобы похищенное имущество, по заявлениям свидетелей, ранее было собственностью обанкротившейся страховой группы «Компаньон». В рамках уголовного дела Александр Зобнин предъявил к находящимся на скамье подсудимых иск на сумму более 800 млн рублей. Сторона защиты уверена, что дело сфабриковано.

Т.С следит за развитием событий.

Читайте также

  • Комментарии
Загрузка комментариев...